Дина (feruza) wrote,
Дина
feruza

Анка

Опёкиш приехал к дому, где была свадьба Анки и Трофима на мотоцикле. Анка выскочила к нему, уселась сзади и уехала.
Почему его звали Опёкишем, никто не помнил, и как его звали...Мишанька? Федька?
Так-то опёкишем называлась в наших краях большая белая хлебная лепешка, чуть потолще неизвестного на Вятке лаваша. Ее пекли в сковороде, в печке. Говорят, с молоком было очень вкусно.
Может, лицо у него было такое? Дак там у всех такие лица, как у СергейМиронычКирова. Киров - он же Костриков из Уржума, 20 километров от нас.
Анка была девка породистая. Черная вся. Глаза - черные, волосы черные, грудь - во! Плечи - во! В мать.
А жених ее, Трофим, был какой-то лядащий, тощий и бледный.
Анка покаталась с Опёкишем до заката, а потом вернулась. И свадьба пошла своим чередом, и потом все ладом.
Анкин старший сын Федька родился в отца, тоже блеклый. Но нрав у него был в Анку, и все девки в мире были Федькины. Не только от Уржума до Кирова, но и дальше аж от Вятки до Волги.
Три внучки соседки Прокофьевны были в Федьку влюблены. Городские девки.
Иринка, Лидка и Наталья, все друг другу двоюродные. Каждая с Федькой летом на каникудах гуляла и каждая думала, что Федька ее. Пока Лидка не пришла как-то июльским вечером с улицы. Не оглядела мирно пьющих чаёк двоюродных сестер. И не хрястнула по столу кулаком.
- Федька - мой! Мой. Федька.
Ложечки в чашках звякнули, сестрицы онемели, Федька остался с Лидкой. На это лето.
Анка овдовела, когда дети уже были взрослые, когда Федька уже вовсю гулял с сестрицами-кузинами.
И вышла замуж за мужика из Батина починка.
Там около Тюм-тюма было две деревеньки еще - Батин починок и Сухонькой починок.
А новый ее муж был, во-первых, тракторист, во-вторых, ревнивый.
И хотя Анка мужикам очень нравилась всем, - в деревне у нее была репутация нормальная, сучкой ее никто не звал.
Только муж ее второй все сомневался.
Сомнения привели их однажды в лес, в Каменный лог. Как-то они там оказались все втроем. Муж Анкин, Анка и трактор.
Никто не знает, что там было, может, там был кто-то четвертый, а может и нет. Может Анка с мужем о чем-то разговаривали, а может, он и из кабины не вылезал... но земля, перемешанная с первым снегом и пожухлой травой, была вся изрыта колесами трактора, как будто муж гонялся за Анкой по опушке леса.
Он прижал ее трактором к стволу ели.
Так Анка и умерла там, стоя у ели.
Что-то некрасовское... то ли зеленый шум, то ли умершая, стоя у зимнего дерева, Дарья.
Только на самом деле было.
Tags: корни и крона
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments